цейских, чтобы те срочно открыли ворота на поле, но только после третьего обращения хоть что-то было сделано.

Брюс Гроббелаар имел все, чтобы стать легендой «Ливерпуля»: солидную коллекцию трофеев, обожание публики, уважение коллег. Но его футбольная карьера явно приближалась к концу, и Винсент хотел именно на этом сыграть — он предложил возможность вложения, которое, несомненно, станет источником дохода на протяжении длительного периода времени. Гроббелаар быстро проникся симпатией к земляку. С ним можно было поговорить на языке, который в Англии не понимал никто, он знал, что такое война... В конце концов он предлагал толковое дело. Сафари... Это чертовски интересно!

—    Когда тебе нужно дать ответ?

—    Как только ты допьешь эту пинту пива!

Брюс сделал большой глоток и сказал: «Согласен» .За 20 тысяч фунтов он стал владельцем 10% компании. Чек на 5 тысяч Гроббелаар выписал сразу же, остальную сумму пообещал следующим утром. Давно не наедавшийся до отвала желудок Винсента победоносно заурчал.

Мировой эксклюзив

Так началась недолгая, но веселая дружба. Два года Гроббелаар и Винсент вместе пили и ухлестывали за женщинами. Брюс завел привычку скрывать от супруги визиты к очередной пассии под предлогом «Нужно срочно встретиться с Крисом». Винсент через Гроббелаара оказался вхож в футбольную тусовку. В конце концов он стал своим даже в команде, ведь Криса постоянно видели вместе с Брюсом. На вечеринках оба давали уроки из жизни дикой природы. Особенно нравилось команде подражание крикам диких зверей, и после очередного такого загула ночной Ливерпуль еще долго оглашали вопли Стива Макманамана, Робби Фаулера и компании.

Все складывалось замечательно, кроме бизнеса. Со временем Гроббелаар выдал еще 20 тысяч на текущие расходы, получив дополнительно 10% горе-компании. Затем он сделал взнос за джип, который должен был перейти в собственность компании, называвшейся теперь громко — Mondoro Wildlife Corporation (mhondoro на местном языке означает «дух льва»). Но найти настоящих инвесторов Винсенту никак не удавалось. В конце концов не выдержал даже Гроббелаар: «Что происходит.с нашим «выгодным бизнесом»? За два года нет ни малейшей отдачи, только расходы! С меня до