Когда-то Эдуард Дубинский решил бросить футбол. Его перебрасывали с места на место, нигде он не находил себя и в конце концов сказал тренеру: «Ухожу». Тренер мог бы пожать плечами... Но К. Бесков (он тогда работал в ЦСКА) предложил Дубинскому остановиться на амплуа крайнего защитника: «Ты еще в сборной сыграешь!» Успех пришел не сразу, потребовалась долгая и упорная работа, основанная на вере тренера в игрока. И сборная СССР приобрела-таки хорошего крайнего защитника. Только потому, что тренер не пожал плечами.

Василий Турянчик несколько раз порывался уйти из футбола. Его разубедили тренер и товарищи. «Я могу только тогда быть в форме, когда знаю, что не пропущу ни одного матча, — говорил Турянчик. — В моем возрасте стоит пропустить игру, как выбиваешься из ритма». И старший тренер киевского «Динамо» В. Маслов предоставил ему такую возможность. А играя рядом с Турян-чиком, росли и молодые Соснихин и Круликовский.

В сезоне 1967 года по-новому раскрылся Геннадий Гусаров, которого в конце минувшего сезона собирались отчислять из команды. Теперь ясно, что это была бы непоправимая ошибка. Да, Гусаров играл тогда неудачно. Но вот он стал полузащитником. И сейчас кажется, что это его прирожденное место. Высокая техника, тонкое понимание игры позволяли ему выполнять обязанности организатора, диспетчера. С объемом игровой работы, который выполнял этот тридцатилетний мастер, справится не каждый молодой футболист. Полузащитник Гусаров забил к середине чемпионата больше голов, чем год назад нападающий Гусаров. Я видел, как аплодировали московскому динамовцу Гусарову зрители на минском стадионе, и вспомнил о том, что в 1966 году и даже в начале 1967-го с московских трибун слышалось: «Гусарова на пенсию!»

Отношение зрителей. Оно более чем важно. Его не так чувствуют молодые игроки (к ним трибуны чаще всего благожелательны), но на него болезненно реагируют ветераны. Игорь Нетто рассказывал, что, перешагнув за 30 лет, он боялся допустить малейшую ошибку — страшно было услышать свист. Когда игроку за тридцать, к свисту прислушиваются и тренеры, и руководители организаций.

«Я делал столько же ошибок, сколько всегда, — говорил мне Нетто уже после того, как его торжественно проводили из футбола, — но теперь мне их не прощали.