Заказать венок неожиданной жертве безразличия – как прискорбно…

3 февраля 2019

Часто мы боимся вступиться за ребенка, подвергающегося насилию, или просто подойти к упавшему на улице взрослому. А завтра узнаем, что человек скончался от инфаркта, и родственники вынуждены заказать венок, такой неожиданный…

Почему человек проходит мимо явной несправедливости, не решаясь вмешаться, встать на защиту, высказать свое отношение, просто помочь? Мы видим, как родители обижают своего ребенка, доводя до истерики, и молча идем мимо, не считая себя вправе вмешаться в чужие отношения. А если потом этого ребенка найдут брошенным, и это в лучшем случае, будет ли чиста совесть? Или запоздалое раскаяние все-таки наступит? Подобных ситуаций в жизни много, и случаются они практически с каждым. Мы не вмешиваемся – и школьники снимают на дорогие телефоны сцены унижения своих одноклассников. Практически безнаказанно, даже не понимая весь трагизм ситуации. Мы не остановились – и человек, упавший с сердечным приступом, умирает на улице, потому что никто не вызвал скорую помощь. А родственники разыскивают его, не дождавшись с работы или из булочной, еще не зная, что уже завтра им предстоят похороны и надо будет заказать венок и от себя, и от родственников. Неожиданно и нелепо, и винить некого, казалось бы.

Но каждое наше неучастие наносит вред, который может проявиться не сиюминутно, а спустя время. Мы не высказали свое мнение, и наши знакомые тоже, и другие… А потом возмущаемся, что кто-то берет взятки, что не ремонтируются дороги, что пенсии маленькие… Мы никак не можем повлиять – успокаиваем себя. И все продолжает идти по-прежнему. Может, потому, что пассивны мы? Сегодня мы не вступились за кого-то, а завтра некому будет вступиться за нас – основной смысл послания пастора Мартина Нимёллера о добропорядочных немцах в нацистской Германии.

Может показаться, причем здесь наше время? Но если вдуматься, то здесь прямо говорится о последствиях нашего желания спрятаться в ту хату, которая на самом краю… Можно прожить жизнь, спрятавшись в раковину благополучия, не получив ни одной душевной или телесной раны, защищая кого-то. И неправда, что случаев таких не было, просто мы отводили глаза от того, что нас тревожило и нарушало спокойствие. Но есть и другие, самоотверженные, люди. Они бросятся разгонять хулиганов, защищать слабого, восстанавливать справедливость на работе, ставя на место самодура начальника. Их душа и тело в шрамах, полученных в этой борьбе, часто не видных посторонним. Так почему же, прощаясь с ними, ушедшими в вечность, приносят самые трогательные венки, а каждая траурная лента наполнена такими искренними пожеланиями? Вероятно, потому, что люди помнят тех, кто помог, а не отвернулся, не промолчал, испугавшись последствий. Насколько меньше бы стало неожиданного горя, сломанных судеб, искалеченных жизней, если бы мы перестали бояться…