фундамент заложил как раз 15-й номер. Сначала сам открыл счет, продемонстрировав фирменный дриблинг в чужой штрафной, затем заставил украинского защитника пойти на фол, оцененный арбитром в пенальти. Три очка, которые взял «Локо» в тот вечер, и позволили команде завоевать 2-е место в группе. В том же лигочемпионском цикле Максим провел очень хорошие 45 минут в домашней игре с миланским «Интером», был весьма полезен в подыгрыше.

Вспоминая игры российской премьер-лиги, нельзя не упомянуть противостояние «Торпедо-Металлург» — «Локомотив» все той же осенью 2003-го. Хотя земляки располагались на разных полюсах таблицы, за выживание торпедовцы боролись отчаянно. Форвард «Локо» неоднократно оставлял в дураках оборону хозяев, располагаясь за дальней штангой, откуда вроде бы прямой угрозы последовать не могло. Однако в нужный момент выскакивал, словно из засады, и обострял ситуацию.

Любопытно, что Бузникин нередко оказывался героем не только спортивных публикаций. Еще в девяностых, празднуя очередной забитый мяч, он стащил футболку, а на нижней майке зрители увидели портрет знаменитой гимнастки Алины Кабаевой. Многочисленные издания потом долго строили прогнозы по поводу совместного будущего молодых людей, однако избранницей Максима все-таки стала не Алина. К слову, певица Алена Алина, в шутку делая предсказания по фотографиям игроков, заметила:

— Боюсь, что Максим Бузникин с возрастом обретет славу ловеласа. И будет в стиле Ди Каприо менять поклонниц, как перчатки...

А еще большой резонанс вызвали музыкальные опыты Бузникина, который с давних пор стал большим поклонником Александра Розенбаума. В итоге сам записал диск как свидетельство того, что не футболом единым жив человек.

В (Волчок, Ворошилов)

ОТКРЫВАТЕЛЬ ТАЛАНТОВ

По продолжительности пребывания у штурвала московского «Локомотива» — более восьми лет — Игорь Волчок уступает только Юрию Семину, который, кстати, и сменил его в этой должности. Обычно подобная ситуация к теплым отношениям не располагает, но Семин с удовольствием вспоминает годы работы в команде — игроком под руководством Волчка:

—    Серьезный, грамотный тренер, он владеет собственной методой подготовки как к сезону, так и к конкретным матчам, хорошо понимает и игру, и, главное, игроков.

И действительно, Игорь Волчок одним из первых у нас, если не первым, внедрил и, естественно, обосновал предсезонные сборы в среднегорье, благодаря которым в сочетании с другими методами у его подопечных закладывался прочный фундамент функциональной готовности к сезону. Футбол он знает глубоко, умеет скомпоновать команду из вроде бы не сильно приметных до него игроков, но удивительным образом совместимых, подходящих друг к другу.

Воспитанник Владимира Блинкова (в 1946 г. он возглавлял «взрослый» «Локомотив», но без успеха) в командах стадиона Юных пионеров Волчок прошел через дублирующие составы «Торпедо», ЦДСА, но вынужден был покинуть футбольное поле в 22 года из-за тяжелой травмы. Неудавшийся футболист задался целью сделать тренерскую карьеру, и она ему, можно считать, удалась, если учесть, что начинать пришлось с заводской команды подмосковной Электростали, не имея ни имени в футболе, ни друзей и покровителей, которые помогли бы продвинуться наверх. Оставалось надеяться только на самого себя, и, прекрасно чувствуя ситуацию, Игорь Волчок пошел по тренерским ступенькам, начиная с самой первой. Набирался опыта в Ногинске, Караганде, помогал Евгению Горянскому в 1967 г. в луганской «Заре». А потом за три года сам создал крепкую команду в Калинине (Твери) и в 1971 г. был приглашен изучившим российские футбольные кадры за время работы в Федерации футбола РСФСР Евгением Роговым на должность начальника команды «Локомотив». А после неудач железнодорожников в 1972 г. возглавил команду. Но, что особо следует отметить, с ним во главе «Локомотив» в первую лигу ни разу не вылетал. Входил в высшую

—    было дело, дважды выигрывал Кубок Международного спортивного союза железнодорожников. Волчка на первых порах упрекали за массовое приглашение игроков со стороны, в основном из российских клубов второй лиги, не принимая во внимание того, что иного-то пути у него и не было.