1979-й. Как это было…

9 ноября 2019

Ровно 40 лет назад, 9 ноября 1979 года (это была пятница), краснодарская «Кубань», разгромив на переполненной главной спортивной арене края харьковский «Металлист», за тур до окончания первенства оформила себе путёвку в высшую лигу СССР.

Кубань-1979

Значение той победы для всего кубанского футбола трудно переоценить. Она дала огромный толчок развитию Спорта № 1 в нашем регионе. И именно после неё болельщики поняли, что они со своей командой достойны большего, чем просто быть на вторых ролях в своём Отечестве.

А если глянуть на тот успех с позиций сегодняшнего дня, то можно смело констатировать, что де-факто «Кубань» оказалась в еврокубках. Вы только посмотрите на список тех команд, с которыми «Кубани» предстояло сразиться в 1980-м:

  • - «Динамо» (Киев);
  • - «Зенит» (Ленинград);
  • - «Шахтёр» (Донецк);
  • - «Динамо» (Тбилиси);
  • - «Арарат» (Ереван);
  • - «Динамо» (Минск);
  • - «Нефтчи» (Баку).

Все они сегодня хорошо известны в Европе. А такие, как ташкентский «Пахтакор» или алма-атинский «Кайрат», наводят шороху в Азии.

Кстати, занимательно, но факт. Если кто-то думает, что «Кубань» впервые вошла в пятёрку лучших российских команд в 2013 году, то он глубоко заблуждается. Это произошло намного раньше – в 1981 году. Тогда, заняв по итогам чемпионата 13 место в высшей союзной лиге, «Кубань» оказалась пятой среди российских коллективов. Выше расположились только московские «Спартак», «Динамо», «Торпедо» и ЦСКА.

Говорят, что сорокалетие не отмечают. А мы и не будем. Мы просто вспомним, КАК ВСЁ ЭТО БЫЛО, вместе с легендарным футболистом нашей команды – Сергеем АНДРЕЙЧЕНКО.

Кубань-1979

- Итак, Сергей Александрович, первый вопрос напрашивается сам собою: с чего всё началось?
- Всё началось с того, что в 1977 году пришёл тренер Корольков. Он встретился с нашим руководителем – Сергеем Фёдоровичем Медуновым – и ему была поставлена задача: вывести «Кубань» в высшую лигу Советского Союза.

- Что ж это, получается – только вылетели во вторую лигу и вам сразу говорят: «Ну, давайте, идём в лигу высшую»?
- Примерно так и было. Пришёл новый тренер, который сделал ставку на воспитанников кубанского футбола. Не знаю, как и какие вопросы решали в партийном руководстве, но нам озвучили, что перед командой поставлена задача — выйти в высшую лигу СССР.

- Что, прям вот так – из второй, транзитом через первую, в высшую?
- Да. Ведь у нас всё для этого было — благодатный футбольный край, хорошие климатические условия, заинтересованность руководителей, огромная армия болельщиков… В нас поверили. Тем более что на предсезонные игры сюда пригласили команды высшей лиги – московские «Торпедо» и «Динамо». Мы успешно с ними сыграли, собрался полный стадион, вмещавший тогда 20.000 зрителей. Вот так и вышло, что они поверили в нас, а мы поверили в руководство, которое решало все наши вопросы (трудоустройство, детские сады и т.п.).

- А не казалась ли эта задача нереальной? Ведь та высшая лига – это был элитный клуб, состоящий из команд союзных республик, плюс Москва и Ленинград. Посторонние в него не особо допускались.
- Так я горжусь тем, что благодаря нам кубанские болельщики смогли воочию на нашем стадионе увидеть лучшие команды Советского Союза – «Торпедо», «Спартак», обладателей еврокубков киевское и тбилисское «Динамо»…

- Но вы-то сами как тогда восприняли эту задачу? Вам не показалось, что это просто невозможно? Что этого просто не может быть?
- Лично для меня это, конечно, было что-то нереальное. Я ж приехал из сельской местности и не имел никакого футбольного образования. А тут говорят такие вещи, о которых я и мечтать не мог – что когда-нибудь смогу сыграть с ведущими советскими командами на лучших стадионах страны. Конечно, это казалось утопией. Но потом, в процессе игр и тренировок, мы почувствовали уверенность в своих силах. Да и тренер не давал нам расслабиться. Он также добавлял уверенности в том, что ничего невозможного нет, что всё зависит исключительно от нас самих.

Самым сложным было собрать команду единомышленников. Но, была цель, была задача, мы верили тренеру, тренер верил в нас.

Родной отец

Корольков- Роль Королькова, наверное, нельзя переоценить?
- Конечно, нет. Он был как родной отец. Мы в буквальном смысле молились на него и верили ему без толики сомнений. Это был тренер от бога. Столько нюансов, если рассказать…

- Так расскажите…
- Ну, например, у каждого тренера есть свой план тренировок, есть задача на сегодняшний день, и всё это всегда, безусловно, выполняется. А Корольков приходит (тут тогда ещё было естественное поле), построил нас, в глаза посмотрел и говорит: «Ребята, вы не готовы сегодня тренироваться». Вот чисто по внешнему виду он определил, что мы в нерабочем состоянии. И какой вариант? Что делать? Тогда он делил нас на «молодёжь» и «стариков» и отправлял играть в «дыр-дыр» на маленькие ворота. Так такие затравы были, что и на тренировках не было столько пота и столько борьбы, сколько во время этого «дыр-дыра». Никто не хотел уступать – ни «молодёжь», ни «старики», рубились до последнего. И он вместе с нами играл, несмотря на свой возраст. Вот это было его внутреннее видение нашего состояния.

А после игры он оставлял нас с Плошником отрабатывать стандартные положения – Плошник с фланга навешивал, я бил по воротам.

- Корольков был жёстким или мягким тренером?
- Там присутствовал и кнут, и пряник. К каждому футболисту должен быть индивидуальный подход. Одному сделаешь замечание – он опустит руки, перестанет тренироваться, станет думать, что не соответствует уровню. А у другого, наоборот, крылья вырастут и он землю будет грызть, когда выйдет на поле. Корольков всё это очень тонко чувствовал.

- Роль Медунова. Как много внимания он уделял команде?
- Очень много. Сергей Фёдорович регулярно приезжал на базу. Да и не только он. Нашими гостями также частенько бывали его замы, помощники и руководители Краевого Совета Профсоюзов. Медунов всегда сразу говорил, что перед ним и перед краем стоит задача собрать урожай и дать стране мясо. Но это, мол, его проблема. А наша задача – играть в футбол.

Могу даже дословно передать его слова: «После каждой вашей победы», — говорил Сергей Фёдорович, — «ни одно предприятие до обеда не работает. Обсуждаются перипетии футбола, голы, подачи, кто забил, как забил. Но зато после обеда все выполняют две нормы».

- Сейчас в порядке вещей ситуация, когда руководители клуба вмешиваются в работу тренеров, указывают, кого ставить в состав и т.п. А при Медунове как было? Кто-нибудь давал какие-нибудь указания или всё было отдано на откуп Королькову?
- Нет, тогда чьё-либо вмешательство было невозможным. К тому же, это сейчас не хватит пальцев на руках, чтобы пересчитать весь тренерский штаб, сотрудников и руководителей. А тогда весь клуб состоял из Королькова, его помощника Гроховского, тренера Антонянца, начальника команды Середы, администратора, доктора и массажиста. Вот и всё. Но все работали на победу.

- А что с материальным обеспечением? Какие у вас были зарплаты?
- 150 рублей (в 1979 году средняя зарплата в СССР составляла 148,74 рубля — прим.). Плюс, за выход в высшую лигу нам пообещали в качестве премиальных право купить машину. Уточняю – нам пообещали не автомобили, а только право их купить вне очереди. Тогда ж они были в огромном дефиците. И мало было только накопить на машину – а стоила она 5 000 рублей, то есть, 33 мои зарплаты – ещё надо было умудриться её приобрести. Вот нам в качестве награды такую возможность и предоставили.

Впрочем, мы тогда спокойно и без машин обходились. Никто на тренировки и на стадион на своих авто не приезжал. Нас покойный Пётр Иванович за два дня до каждого очередного матча на своём автобусе по маршруту собирал и привозил на базу. Там мы и находились до игры.

- Сезон-1979 команда прошла с одним-единственным вратарём – Александром Артёменко. Как Корольков на это решился – играть без голкипера-дублёра?
- А Артёменко своей игрой и повода не давал думать, что ему нужен дублёр. Не было даже намёка, что он не сможет сыграть. Саша, бывало, выходил на игру и с переломанными пальцами. Кроме того, у нас была прекрасная линия защиты: Анатолий Рыбак, Виталий Фурса… Они так и говорили Артёменко: «Саша, стой в рамке, не выходи в штрафную, мы сами снимем все верховые мячи». В общем, он тоже был за ними как за каменной стеной.

- Ну а всё-таки? Слава богу, конечно, что обошлось. Но, ведь это – футбол. Мало ли что…
- Значит, бог миловал. Да и все мы вместе с тренером верили в Артёменко. Когда выходишь на игру с боязнью получить травму, тогда обязательно что-то случится. Поэтому мы никогда об этом не думали. Мы выходили, бились и, да, иногда получали травмы, рассечения, кровь текла. Но никто не боялся, не уступал в борьбе, не убирал ноги, не подпрыгивал. У нас была Команда с большой буквы.

Сын председателя

Андрейченко- Откройте секрет: как и откуда у Вас появилось прозвище «Комбайнёр»?
- Честно говоря, не знаю. Наверное, оно возникло потому, что я был из сельской местности. А вообще, об этом надо спрашивать болельщиков. Это они придумали.

- А когда они это придумали?
- Да сразу же, как я только пришёл – в 1977 году.

- Не обидно было?
- Нет, ни разу. Даже с юмором воспринимал. Ведь я никогда не имел никакого отношения ни к тракторам, ни к комбайнам. Меж тем, знаю, что шли разговоры о том, что мой папа, якобы, председатель колхоза и что меня в команду взяли по блату. А на самом деле, мой папа, царствие ему небесное, был простым водителем автобуса. Будь он действительно председателем колхоза, я бы, наверное, в футбол не играл (смеётся – прим.).

- В 1979 году с трибун довольно часто неслось: «Юра, падай!». Так болельщики требовали от Сёмина, чтоб он заработал пенальти в ворота соперников. И надо отметить, что после падений Сёмина в чужой штрафной арбитры не раз указывали на «точку». Всегда хотелось узнать: Сёмин отрабатывал на тренировках свои падения?
- Нет, конечно. Это тоже болельщики придумали. Есть же судьи, их так просто не обманешь. Да и в любом случае назначение пенальти остаётся на усмотрении арбитра.

- Первые два матча в высшей лиге – «Арарат» и московский «Локомотив». Страшно было?
- Конечно, поначалу мы смотрели на команды высшей лиги как на небожителей. Уровень-то всяко выше. Но, страха не было. Выходили и играли. Мне, правда, довелось принять участие только в двух матчах, ибо был уже и новый тренер, и, фактически, новая команда.

- Кстати, а почему ушёл Корольков? Почему он не захотел работать здесь дальше?
- Это вопрос к руководителям. Я не знаю, что у них там произошло, кто был прав, а кто виноват.

- Какую роль в триумфе 1979 года сыграли болельщики? Это реально был для вас 12-й игрок?
- Ну, тогда такого понятия – «12-й игрок» — не было. Но, нас все знали, мы всех знали. Приезжаем на матч – перед стадионом толпа болельщиков. Выходим на разминку и видим уже переполненные трибуны – сорок пять тысяч! Тут сразу адреналин и подскакивал. Тут даже если не захочешь, то болельщики заставят бежать. Конечно, мы очень благодарны кубанским болельщикам. Они – лучшие! Нигде так не болеют, как у нас.

- Не могу не спросить… Как Вы думаете, есть шансы вернуть «Кубань»?
- Больно, очень больно… А шансы – это надо с юридической точки зрения смотреть, насколько это в принципе возможно. Мы все к этому стремимся. Я думаю, что Лысенко пришёл не просто так. У него есть главная задача – рассчитаться с долгами. Ведь не от хорошей же жизни набрали ребят с чемпионата края, у которых нет ни опыта, ни мастерства. Хорошим же футболистам, которые могут сразу дать результат, нужны хорошие финансовые условия. Никто ж не пойдёт за стакан семечек играть. Поэтому пока и работаем так, чтобы просто держаться на плаву. И надеемся, что там все вопросы решат и вернут название «Кубань».

- Вы верите, что это возможно?
- Я верю. Главное, чтоб не ослабевало внимание руководителей края. Без этого ничего не выйдет.

- Какой футбол Вам ближе? Тот, 1979 года, когда не было никаких спонсоров и инвесторов, или нынешний?
- Футбол меняется. Но, мне кажется, что в наше время был более искренний футбол. Сейчас футбол стал просто бизнесом. И зарплаты футболистов сейчас не по труду. Они не играют на столько, сколько получают.

Мы в 1979 году вообще не думали о цифрах в расчётных листках. Для нас было главное – престиж и внимание болельщиков. Я шёл с гордо поднятой головой: «Я – футболист «Кубани»!». И был счастлив уже от того, что меня пригласили в команду, что я выхожу на футбольное поле главной спортивной арены края, что меня люди узнают на улицах, на рынках, в театре, в кино и в самолёте. Это было дороже любого рубля.

Возможно, сегодня это у многих вызовет улыбку, но тогда я прятался и отворачивал лицо, когда проигрывали – настолько было стыдно смотреть в глаза землякам.

- Конфликты в команде были?
- Конфликты если и возникали, то только на футбольном поле. И только потому, что каждый стремился доказать, что он сильнее и более достоин места в основном составе.

Кубань-1979

 —

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:


Только авторизированные на форуме пользователи могут оставлять комментарии